Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

 


РУБРИКАТОР

(Общее описание товаров и услуг, адреса, телефоны, ссылки-переходы на сайты фирм - рекламодателей)


 


В контакте

Содержание

Пэчворк в Великобритании: вокруг барашка

 


Разговор о лоскутном шитье в Великобритании лучше всего начать с альфа и омеги английского текстиля – с шерсти. Этот материал – грубый, «суровый» или, напротив, нежный и тонкий – уже с VIII века стал основным продуктом страны. В английской народной песенке у барашка спрашивают, «сколько шерсти ты нам дашь». Барашек обещает дать три мешка: «один мешок хозяину, один мешок хозяйке, а третий детям маленьким на теплые фуфайки». Вероятно, в этом заключалась только часть правды: еще много мешков шерсти оставалось для вывоза на континент. 

Первоначально обработкой шерсти в Англии занимались иностранцы – фламандские сукновалы и ткачи. В 1120 году английский король Генри I расселил их в английских городах и деревнях для того, чтобы они научили англичан всем тонкостям обработки шерсти. За девять лет до этого Генри I основал шерстяное производство в устье реки Твид. По сей день шерстяную ткань саржевого переплетения с характерными цветными узелками и шишечками называют твидом. 

К концу XIII века поголовье овец в Англии возросло настолько, что в некоторых деревнях на одного крестьянина приходилось до 50 животных. В силу природных условий – прохладного, влажного климата, обширных равнин с сочной травой – овцеводство было распространено не только в самой Англии, но и в ее будущих колониях – Шотландии и Ирландии. Так, всему миру известны шотландские тартаны – клетчатые шерстяные ткани, которые составляли необходимую часть национального костюма. В мировом регистре этих тканей – Scottish Register of Tartans – на 2010 год приводится свыше 6000 видов тартанов и продолжается регистрация новых расцветок. Знаменитые клетчатые узоры «гленчек» и «аргайл» также происходят из Шотландии. Ирландия же знаменита уникальными шерстяными свитерами «аран» – их узоры из переплетенных кос, шишечек и полос повторяют древние кельтские орнаменты. 

В XVI в. Англия наводнена испанскими и голландскими ткачами, бежавшими из своих родных мест от кровопролитной войны между Испанией и Нидерландами. К этому времени в Англии уже появились первые механические вязальные машины. Они быстро усовершенствуются и вскоре на них уже вяжут не только шерстяные, но и тонкие шелковые изделия. После победы над Испанией в 1588 году Англия становится не только «владычицей морей», но и самым крупным экспортером шерстяных тканей. А спустя два века из Англии будут вывозиться не только ткани, но и овцы. Недавно открытая Австралия окажется для них настоящим раем. 

Другая колония – Североамериканские Штаты – также не отставала от метрополии в производстве шерсти. Именно сюда переселились квалифицированные ткачи, которым не нашлось работы в родной Англии. В середине XVII в. в одном только штате Массачусетс насчитывалось 100 тысяч овец, а специальный закон обязывал каждую семью производить пряжу в количестве, пропорциональном числу женщин в семье. 

Текстильное производство – лишь одна из точек соприкосновения между Англией и ее многочисленными колониями. Но эта связь не уходила в прошлое по мере того, как колонии обретали независимость. Связь с текстильной метрополией продолжается и в наши дни, и лучшее доказательство этому – творчество Каффе Фассетта, британского дизайнера американского происхождения. 

Каффе Фассетт (это имя произносится «Кейф», но оставим уже закрепившееся написание) родился в Сан-Франциско в 1937 году. Его отец владел одним из самых дорогих ресторанов Калифорнии. Будущий дизайнер, по его собственным воспоминаниям, был с детства окружен атмосферой «цыганского табора», которую создавали его родители, любившие все яркое, необычное и артистичное. В 19 лет Каффе получает стипендию от Бостонской школы изящных искусств и уезжает на обучение в Англию. Эта пасмурная страна, так непохожая на его родную солнечную Калифорнию, обладала для него какой-то особой притягательностью. «Я начинал как живописец, – рассказывает Фассетт в одном из интервью. – И в своих первых работах я настолько боялся цвета, что рисовал только белое на белом». Гуляя однажды по морскому берегу, молодой художник заинтересовался камнями и ракушками –  с тех пор на несколько лет его любимым цветом стал серый. 

Цветобоязнь Каффе Фасета была излечена самым необычным способом: по приглашению своего друга, модельера Билла Джиба, он посетил шотландскую фабрику по производству шерсти. Разнообразие мотков с пряжей, особая текстура и глубина, которую шерсть сообщала цвету, поразили художника. Он тут же купил два десятка клубков и по пути в Лондон, в вагоне поезда, выучился вязать у случайной попутчицы. Его первый же свитер попал на обложку журнала «Vogue Knitting», а в 1985 Фассетт стал ведущим телешоу о шитье и вязании. В сферу его интересов попадет также гобеленовая вышивка, лоскутное шитье и мозаика. 

«Ткань, пряжа или керамика – для меня это всего лишь средства передачи цвета», – говорит дизайнер. – «На мой взгляд, прикладное искусство гораздо интереснее живописи, потому что материал придает цвету фактуру, которую невозможно достигнуть красками на холсте. Когда я вижу что-нибудь исключительно красивое – цветок, облако или здание – я сразу думаю о том, как это можно было бы воплотить в дизайне тканей, лоскутном шитье или вязании». 

Каффе Фассетт способен черпать вдохновение абсолютно во всем: на вязаные свитера его вдохновляет орнамент обоев, на шелковые шарфы – китайская керамика, а рисунки тканей, кажется, перенесены прямо из сада. «Я люблю посещать ежегодную выставку цветов в Челси. Особенно меня привлекают стенды с овощами», ­– признается художник. Его 4-х этажный дом, который сам по себе является художественным объектом, наполнен такими «картинками с выставки»: на подушках, собственноручно вышитых хозяином, лук и белокочанная капуста соседствуют с розами, а пестрота лоскутных одеял и панно может поспорить с любым цветником. 

Крупные рисунки его тканей приводят в замешательство любителей традиционного лоскутного шитья. Действительно, использовать их в блоках, составленных из мелких деталей, нелегко.  Но в изделиях, требующих масштаба, ткани Каффе Фассетта проявляют себя во всем великолепии. Они переливаются, как хвост Жар-птицы: дизайнер смело сочетает малиновый и темно-зеленый, лимонно-желтый и синий, оранжевый и фиолетовый. «Не бойтесь цвета – вот чему я учу людей на своих занятиях. Выражайте себя через цвет, позвольте своему внутреннему “я” проявляться в нем», – настаивает Каффе Фассетт. Думается, что для нас этот призыв ничуть не менее актуален, чем для жителей туманной Англии. 

Евгения Панова,

энтузиаст лоскутного шитья